Арендатор в поисках пана

Зеленский актуализировал исторические аналогии

Участие Владимира Зеленского в саммите лимитрофов в Варшаве, прозванном польскими острословами «карликовой пятеркой» (по аналогии с «Большой семеркой»), уже обернулось серией скандалов на самой Украине. Соотечественники Зеленского усмотрели унижение «украинского достоинства» не только в варшавском выступлении украинского главы, но и в самом его участии в праздновании годовщины принятия «конституции» Речи Посполитой (за два года до ее окончательной ликвидации), которая была объявлена на совместной декларации участников саммита «ключевым событием» их «общей истории». Действительно, все эти лимитрофы (за исключением Эстонии) полностью или частично входили в состав польско-литовского государства на правах порабощенного населения покоренных земель.

Это обстоятельство было подчеркнуто во время встречи тем, что лишь Анджей Дуда и его литовский коллега Гитанас Науседа приняли участие в общем собрании депутатов Сейма и Сената Польши и парламента Литвы, демонстрируя, что именно они – хозяева праздника, а остальные имеют второстепенный статус. Впрочем, это нисколько Зеленского не смутило, и он рассыпался в дифирамбах в адрес Польши, ее «конституции» и светлого «совместного прошлого».

Именно это и возмутило многих украинцев, которые, судя по комментариям в социальных сетях и на форумах, вовсе не считают «общее прошлое» под пятой польских магнатов таким уж приятным и «славным» для Украины. И это действительно так – владычество польской шляхты над Малороссией, Галицией и Волынью, считавшей местное население «быдлом» и «говорящей скотиной», оставило страшные раны в народном сознании украинского народа. Если и было в этом периоде что-то славное, то это только мученичество православных за веру от католиков и других иноверцев, а также освободительная борьба малороссов и днепровских казаков против польского гнета. Украинцы с долей сарказма указывают, что у Зеленского, вероятно, есть основания иначе рассматривать прошлое, поскольку его предки были не холопами польских панов, а, скорее всего, арендаторами, которые и драли с этих бедолаг три шкуры.

Институт арендаторов придал польскому игу особенно тяжелые формы. Дело в том, что шляхтичам было не с руки заниматься организацией сельхозпроизводства в своих имениях, сводить дебит с кредитом. Они считали, что их дело – блистать на балах в Варшаве и Кракове, заседать в Сейме, плести интриги, устраивать рокошь. Но на эту интересную жизнь нужны были деньги – и они сдавали свои украинские имения вместе с крепостными в аренду. Арендатор становился на обговоренный срок абсолютным властителем поместья и приписанных к нему крестьян. Он выплачивал пану определенную часть дохода с имения, а все остальное, что он сумел выжать с холопов, становилось его собственностью. Поскольку все находилось под его контролем лишь временно, арендатор не был заинтересован в долгосрочном развитии и процветании хозяйства – ему было нужно получить максимальную прибыль здесь и сейчас, а там – трава не расти. Поэтому им принимались максимальные усилия, нацеленные на то, чтобы не только плоды труда, но и все имущество пахарей перешло в его руки. Очень часто арендатор совмещал управление имением с ростовщичеством и торговлей алкоголем. Все это дополнялось всеми мыслимыми и немыслимыми поборами и часто – настоящим террором.

Причем недовольство крестьян арендатором, если оно случалось, рассматривалось как бунт против польского короля и жестоко подавлялось коронными войсками или наемными дружинами магнатов. Понятно, что для арендаторов, ростовщиков и корчмарей Речь Посполитая выглядела чуть ли не идеальным государством, шляхтичи – источником заработка, а польские каратели – защитниками.

Так, например, Натан Ганновер, автор известного антиукраинского памфлета «Пучина бездонная», в котором описывает события Хмельничины, называет бесноватого ренегата, ненавистника Православия, садиста и палача украинского народа Ярему Вишневецкого «славным героем» и «благородным человеком», а упоминания о нем сопровождаются восклицаниями «пусть будет благословенна его память».

И сегодня многие украинцы решили, что именно такое различие в трактовке исторических событий и объясняет столь странное поведение главы «украинской державы». Более того, они делают несколько запоздавший вывод, что Зеленский и его команда – никакая не украинская власть, а те же самые арендаторы, которые стремятся вытянуть все, что можно из страны и народа, волею случая оказавшихся у них в «аренде».

При этом указывается, что Зе-команда – даже более «арендаторская», чем предшествовавший ей режим Порошенко, дальнейшие планы которого хоть как-то были связаны с Украиной, где он, по крайней мере, имеет свой бизнес, в то время, как нынешние правители – не только абсолютные временщики, но и «люди мира», для которых ценность Украины измеряется лишь той суммой, которую они сумеют «срубить» за время своего арендаторства.

Разумеется, растет недовольство ограбленного, обманутого и истребляемого народа Украины (о чем, в частности, свидетельствуют упомянутые комментарии). Но на этот случай у «арендаторов» есть наемные банды нацистов, СБУ, ВСУ и ведомство Авакова. Впрочем, все это многообразие «силовиков» не дает им уверенности в завтрашнем дне, и Зе-команде очень хочется ощущать постоянное присутствие «коронных войск», способных в случае чего защитить их «лавочку» не только от возмущенных малороссов, но и от их братьев с Востока, готовых прийти на помощь порабощенному народу (как и три с половиной сотни лет назад). Но вот заокеанский «пан» явно не торопится разворачивать на украинской земле контингенты НАТО для защиты своих «арендаторов».

«Мы пытались втянуть американские интересы в Украину, но они не втягиваются без политической воли. Потому что США должны сказать своему бизнесу, своим экономическим элитам, что они на Украину заходят надолго, и туда придут инвестиции. А инвестиций нет, потому что США до сих пор рассматривают и демонстрируют, что Украина – возможно, временный ресурс, временный капитал. В любой момент мы можем его потерять или продать, или обменять на что-то с Россией или с другими игроками. Сегодня это актив, это дешевый и эффективный ресурс для создания проблем и России, и Европейскому союзу», – оценил отношение Вашингтона к «незалежной» киевский политолог Руслан Бортник.

И вот, Зеленский, обделенный вниманием «большого пана» и обеспокоенный отсутствием отчетливых гарантий, решил обратиться к «пану малому», имеющему многовековой опыт усмирения украинского «быдла». Именно это, а вовсе не исторические выкладки (малообразованный Зеленский, скорее всего, даже не читал хроники Натана Ганновера) объясняют его нелепые репризы о «золотом веке» и «общей истории» Польши и Украины.

Впрочем, и тут не обошлось без конфуза. У польских панов вызвало крайнее раздражение упоминание Зеленским уникальности украинской нации, ее исторического опыта и особой ментальности. Так, депутат польского сейма Мирослав Чех отметил, что говорить об этом, претендуя на евроинтеграцию, недальновидно и попросту глупо, поскольку в Европе глубоко плевать на то, как в Киеве понимают «верховенства права и законности».

В Варшаве подобные заявления во время празднования 230-летия «конституции» Речи Посполитой были восприняты как вопиющая бестактность. Что это за особенности у «быдла», которые потомки гордых шляхтичей должны брать в расчет? Но это, конечно не значит, что переполненная имперскими амбициями «Великая Польша» откажется простереть свою «державную длань» над Украиной. А вот иметь дело с более учтивым и тактичным «арендатором» она наверняка пожелает.